Кимры - Покровский собор и Троицкий храм

ПЕРЕЙТИ В ФОТОАЛЬБОМ
    

Фото. с сайта http://kimry.ru/


   В самом центре Кимр на крутом волжском берегу в не столь еще далеком прошлом возвышался Покровский собор. По утверждениям современников собор был очень похож на московский Успенский собор. Это подтверждалось не только его внешним видом, но и внутренним убранством. Всякий, кто видел Покровский собор впервые, был поражен его размерами и великолепием. Его пять вызолоченных куполов в ясную погоду бьши видны на 15-20 верст вокруг. Собор был главной достопримечательностью Кимр и гордостью кимрян. Храм, казалось, царил над окружающей его местностью. Очевидцы утверждали, что это был один из самых великолепных и грандиозных сельских храмов в России.
   В 1807 г. жители Кимр пережили страшное бедствие - пожар, от которого пострадало все большое торговое село. Огонь нанес повреждение и стоявшей на берегу Волги каменной Троицкой церкви, выстроенной еще в 17 веке боярином Ф.П. Салтыковым - владельцем села Кимры. (Любопытный факт: дочь владельца Кимрской вотчины Прасковья Федоровна была в замужестве за царем Иваном, братом Петра Первого). Потрескавшийся от пожара купол храма грозил обвалиться, поэтому-то кимряне и решили выстроить здесь другую церковь. Денежные средства для этого были собраны по подписке прихожанами, главными же жертвователями на постройку храма явились Д.В. Башилов с детьми и браться Малюгины. 16 сентября 1816 г. храм сей во имя Покрова Пресвятой Богородицы по благословению Преосвященнейшего Серафима - архиепископа Тверского и Кашинского - был заложен, а 30 сентября 1825 г. с благословения Преосвященнейшего архиепископаТверского и Кашинского Ионы был освящен протоиереем Тверского кафедрального собора Иоанном Синициным при содействии местного духовенства.
   Вновь построенный храм этот имел три престола: главный, средний, во имя Покрова Пресвятой Богородицы, правый - Всех святых, левый - святых апостолов Петра и Павла. Во вновь сооруженной церкви был устроен прекраснейший 5-ярусный иконостас, выполненный в византийском стиле. Высота иконостаса равнялась 22 аршинам, ширина 35 аршинам. Освещали храм пять паникадил, главное из которых, изготовленное из литой меди, посеребренное, весило 52 пуда.
   Чтобы подчеркнуть особую значимость новопостроенной церкви, братья Михаил, Яков и Василий Малюгины подали вышестоящим властям прошение о переименовании ее в собор, подкрепив просьбу 20 тысячами рублей в пользу храма и его притча. Святейший Синод благосклонно отнесся к этому прошению и 21 марта 1830 г. Покровская церковь была наименована собором. Грамота, утверждающая сей акт, за подписью Амвросия, архиепископа Тверского и Кашинского, хранилась в кимрском соборе.
   В 1847 г. в соборе была закончена стенная роспись, выполненная московскнм художником И.С. Широким. Денежные средства на эти работы пожертвовали местные купцы В.С. Малюгин, И.Ф. Рыбкин и церковный староста И.А. Столяров.
   В непосредственной близости от Покровского собора с 1829 по 1832 годы была построена Троицкая церковь. Одновременно с ней возводится и колокольня. Главный престол храма назван во имя святой Живоначальной Троицы, правый - Тихвинской Божией Матери, левый - в честь святителя Николая Чудотворца.
   В архитектурном отношении кимрский собор был явлением почти уникальным. Его объемно-пространственная структура в равной степени принадлежала как древне-русской архитектуре, так и русскому ампиру. Мощный, почти кубический в основном объеме, храм был увенчан пятью массивными световыми барабанами с луковичными куполами. Фасады членились тосканскими пилястрами, карниз декорирован мутулами. Окна второго света помимо ампирных наличников обрамлены полуциркулярными нишами в виде закомар. Световые барабаны декорированы пилястрами и классическим фризом. Их окна венчали килевидные навершия, присущие русско-византийской модификации.
   Троицкий храм был более низким. Увенчан единственной световой главой. Храм как бы перекликался со своим страшим собратом в приемах соразмерности и декорирования и вместе они составляли единый архитектурный ансамбль. Незначительная по размерам трапезная связана с трехярусной колокольней. Фасад здания членится тосканскими пилястрами. На высоте трапезной имелись портики, поддерживаемые тосканскими колоннами.
   Колокольня имела высоту в 30 саженей. В ярусах звона имелось 12 колоколов. Главный из них весил 1000 пудов и был одним из самых крупных и тяжелых колоколов в Тверской губернии. Любопытна история его. Первый колокол кимряне приобрели в Ярославле на заводе Оловянишникова. Но когда его привезли в Кимры и подняли на колокольню, оказалось, что колокол не звонит. При отливке в уши колокола каким-то образом попал кусок угля и при пробном звоне он дал трещину. Раздосадованные кимряне к своей чести рук не опустили и решилиотлить главный колокол на месте. Это довольно непростая затея увенчалась полным успехом. В 1841 г. с соборной колокольни зазвучал его могучнй бас.



Покровский и Троицкий соборы.


   В 1859 г. в Кимрах разразился еще один опустошительный пожар, от которого вновь выгорело все село. От огня пострадала и колокольня, а главный ее колокол упал и разбился. Честолюбивые и предприимчивые кимряне, считавшие свое село «столицей сапожиого царства» России, не могли примириться с отсутствием главного колокола. И вот всего через два года после пожара колокол весом в 1009 пудов занял подобающее ему место на звоннице. Привезен он был из Москвы с завода Финляндского. Этот колокол прослужил до 1930-х годов - времени гибели собора. На колокольне имелись часы с курантами, показывавшие время на четыре стороны света.
   Соборные храмы - Покровский и Троицкий - были обнесены каменной оградой с двумя часовнями и тремя воротами. Одна из часовен представляла собой малую церковь, в которой совершались молебны преимущественно в храмовые праздники. Внутри ограды бок о бок с обоими храмами располагалось небольшое кладбище, где находили свой последний земной приют состоятельные кимряне. На кладбище поддерживался отменный порядок. Как сообщалось в журнале «Тверские епархиальные ведомости» конца 19 века кимрское кладбище считалось образцовым, являлось одним из лучших в Тверской епархии благодаря постоянному вниманию к нему церковного старосты купца В.И. Шокина. На этом кладбище находилось несколько десятков мраморных надгробий, почти ничем не уступающим подобным памятникам в столичных городах Санкт-Петербурге и Москве. Диапазон надписей и эпитафий, начертанных на них, был весьма широк: от тяжеловесных высокопарных фраз до наивных поэтических строк. Познакомимся же хотя бы с одной из этих надписей на богатом мраморном надгробии одному из устроителей Покровского собора Я.Д. Малюгину (1784-1837) «Мирно скончав дни свои, сей доблестный муж, верный сын церкви, ревностный член общества, нежный супруг, чадолюбивый отец семейства. Жизнь его была недолговечной, но при содействии братьев своих сумел обессмертить себя подвигом создателя сих величественных храмов господних и примерным усердием ко многим другим даже отдаленным церквам, за что в ознаменовании к нему внимания благочестивого монарха грудь его была украшена разными знаменами отличий».
   Один из первых кимрских краеведов А.С. Столяров в своей книге «Село Кимры и его обитатели», выпущенной в конце прошлого столетия, отмечает выраженную набожность кимрян, ревностное отправление ими всех религиозных праздников и торжеств, почитания святынь, находящихся в храме. Наиболее же чтимой святыней считалась икона Спаса Нерукотворного, слывшая чудотворной. «Ни один кимряк, - подчеркнул, А.С. Столяров в своей книге, - не начнет никакого дела, не отслужив молебен перед святой иконой». К большому огорчению жителей села их святыня по решению вышестоящих властей была перенесена в Тверской кафедральный собор и кимрянам пришлось довольствоваться лишь ее копией. Перед иконой святителя Николая. Чудотворца совершались молебны в памятные дни императора Николая Первого, который в 1846 г. санкционировал выдачу кимрянам ссуды в размере 495 тысяч рублей для откупа от последней своей владелицы Ю.П. Самойловой. Одной из особо почитаемых икон являлась также икона с изображением Святых Угодников, устроенная благочестивыми кимрянами в память спасения царской семьи во время крушения поезда близ станции Борок 17 октября 1888 г. Следует отметить, что событие это всколыхнуло всю Россию, повлекло за собой усиленное выражение верноподданнейших чувств народа к царю, выразившихся в частности в возведении многочисленных храмов, часовен, написании икон, посвященных этому событию.
   В Покровском соборе имелось немало других почитаемых прихожанами икон в вызолоченных серебряных ризах, украшенных жемчугом и драгоценными камиями.
   В Троицком храме, имевшем великолепный шестиярусный иконостас, находились четыре иконы, подаренные царями Иваном, Петром Алексеевичами и их сестрой царевной Софьей. В ризнице хранились две хоругви, по преданию вышитые и подаренные Троицкому храму царевной Софьей Алексеевной. Помимо икон в храмах хранилось немало других ценностей. Из восьми Евангелий самое старое, отпечатанное в 1698 г., имело большой формат и было украшено драгоценными камнями. Один из серебряных крестов был унизан 400 жемчужинами.
   Историческим днем в жизни кимрян явилось 6 мая 1901г. В тот день в Кимры специальным поездом из Москвы прибыла святая икона Иверской Божией Матери. Икону эту с далеких берегов Средиземного моря прислал в дар кимрскому собору настоятель Свято-Афонского Андреевского скита архимандрит Иосиф с братией. Перед отправкой святыни из Москвы ее благословил Московский митрополит Владимир. Тысячи жителей села Кимры и его окрестностей вышли на встречу со святыней. Под неумолчный перезвон колоколов всех кимрских церквей крестный ход с прибывшей святой иконой, хоругвями прошествовал от станции Савелово к собору. Полное освещение собора, залитое светом торжественное богослужение, прекрасное пение специально выписанного из Москвы Чудовского хора певчих производили чарующее впечатление. Богослужение в тот день затянулось до поздней ночи. В скором времени святая икона усердием кимрян была украшена ризою из серебра высокохудожественной работы, унизанной жемчугом и драгоценными камнями, и помещена в величественный киот с 12-ю неугасимыми лампадами. По установившемуся правилу по воскресным дням совершались молебствия с акафистом перед святой иконой. Образ Владычицы мира стал надежной защитой верующих кимрян от всех бед и неудач, их надеждой и опорой. В память этого события в 1909 г. была выпущена небольшая книга «Светлое торжество в селе Кимры 1901 г.».



Начало 1930-х годов. Обезглавленный собор.


   Радостными и волнующими праздниками для кимрян становились крестные ходы в дни прибытия в село Кимры из окрестных сел Абрамово и Белый Городок чудотворных икон Рождества Пресвятой Богородицы и Иерусалимской Божией Матери.
   Собор являлся законной гордостью кимрян. Посещавшие Кимры именитые люди первым делом знакомились с этой самой значительной местной достопримечагельностъю. Как следует из текста рукописи купца Малюгина, хранящейся в краеведческом музее, в 1840 году с. Кимры посетил император Николай Первый. В 1856 г. в селе останавливался драматург А.Н. Островский. В августе 1866 года в Кимрах побывал наследник престола, будущий царь Александр Третий. В газете «Голос» за тот год сообщалось, что сразу же после, прибытия в Кимры знатный гость с парохода проследовал в собор, где состоялось молебствие. Летом 1892 г. Кимры посетил еще один царственный гость - Великий князь Владимир Александрович. В его честь отрезок дороги, ведущий от собора к Волге, получил название Владимирского съезда. Несколько раз Кимры посещал писатель-сатирик М.Е. Салтыков-Щедрин.
   К ограде собора примыкала сторожка, а неподалёку от него находились церковно-приходская школа, открытая в 1911 г. (ныне общежитие актёров драмтеатра), церковный дом и ряд других помещений. У собора располагалась площадь, названная в его честь Соборной, содержавшаяся всегда в чистоте в отличие от доугих улиц и площадей. На этой площади в дни двух годовых ярморок, Петровской и Покровской, и еженедельных базаров происходили главные торговые операции, связанные преимущественно с куплей-продажей обуви.
   По данным 1901 г. к Покровскому собору было приписано около пяти тысяч прихожан. Число прихожан села Кимры (ТроицкоЙ стороны) составляло 2611 душ обоего пола, остальные являлись жителями окрестных деревень: Богунино, Бурцево, Поповка, Кругловка, Чернигово, Вонятино, Шутово, Мерлино, Рязань, Филиппово, Дубровка, Воробъево, Бортниково, Дунево, Савелово, Крастуново, Галанино, Титово. Следует отметить, что заволжские деревни Савелово, Крастуново, Галанино (ныне входящие в состав г. Кимры), Титово территориально относились в то время к Калязинскому уезду; случалось, что крестьяне одной и той же деревни могли быть приписаны к разным приходским храмам. Примером в данном случае могла служить д. Галанино: 16 жителей селения были приписаны к кимрскому Покровскому собору, а 68 - к церкви Иоанна Предтечи (храму, находившемуся до 1930-х. годов неподалеку от горбольницы № 1).
   Притч Покровского собора был трехкомплектный. Каждый из них состоял из священника, диакона и псаломщика. Первыми священниками собора были Василий Иоаннов и Алексей Иоаннов. Из более поздних его служителей до настоящего времени дошли имена протоиереев В.И. Истомина, Н.Г. Лебедева (это первый из кимрских краеведов, написавший историю Кимр в середине минувшего века), Ф.М. Зеленева. Относительно более полные сведения в настоящее время имеются о священнослужителях, начиная с нынешнего столетия. Так в 1901 г. притч собора состоял из его настоятеля, кандидата богословия, священника М.И. Комарова, священников Н.А. Меншагина, И.М. Никольского, диаконов В.А. Богословского, Г.Д. Лисицына, псаломщиков Н.И. Терликова, Г.И. Кавского, А.И. Никитского.
   В 1901 г. на службу в собор заступил священник А.П. Молчанов, совершивший, как следует из записи метрической книги собора, в декабре этого года таинство крещения родившегося в Кимрах будущего известного писателя А.А. Фадеева.
   Деятельность священнослужителей не ограничивалась лишь службами в храмах. Они вели самую разнообразную полезную обществу деятельность. Все священники как правило являлись законоучителями в кимрских школах, они же играли главную роль в деятельности общественной библиотеки-читальни, местного общества трезвости и некоторых других организаций. Среди служителей церкви особо выделялся диакон собора Владимир Алексеевич Богословский. Этот человек обладал впечатляющей внешностью, раскатистым басом, вызывавшим восторженный трепет у прихожан. Одной из его «слабостей» являлась любовь к пожарному делу. И доныне еще некоторые местные старожилы не забыли, как этот служитель церкви во время тpeвожных набатов соборного колокола с развевающимися от ветра кудрями и одеждой лихо мчался на водовозке к месту пожара.



Взрыв собора.


   Важную роль в деятельности собора играли и церковные старосты. Наиболее яркими личностями среди них являлись Д.В. Башилов (один из главных жертвователей на строительство собора), В.И. Шокин, В.С. Губенков, И.И. Рыбкин. При соборе имелся прекрасный хор певчих, одним из организаторов которого являлся регент С.С. Андреев; одним из лучших звонарей собора считался Девятов. Здесь же функционировало и общество хоругвеносцев, насчитывавшее несколько десятков членов. Каждый член общества носил специально пошитое облачение с галунами и на груди имел знак общества хоругвеносцев кимрского Покровского собора. Главная задача членов этого общества состояла в ношении икон и хоругвеЙ во время церковных праздников и наблюдении за порядком. Все церковные прюцники, важнейшие памятные даты в жизни страны сопровождались богослужениями и крестными ходами. Красочные, впечатляющие это были зрелища. Множество верующих из Кимр и его окрестностей в праздничных одеждах, священнослужители в дорогих облачениях, хоругвеносцы в своих строгих костюмах с иконами и хоругвями, стройно поющий хор певчих под неумолчный звон колоколов совершали торжественные шествия вокруг соборных храмов и на Соборной площади.
   В 1909 г. в Кашине состоялся большой праздник возобновления почитания мощей благоверной великой княгини Анны Кашинской, супруги благоверного великого князя Михаила Ярославича. Событие это получило отклик по всей стране. Приняли участие в этих празднествахи кимряне. 10 июля в четыре часа утра забухал тысячепудовый колокол кимрского собора. К пристани подходил пароход с тверской делегацией во главе с епископом, направляющейся в Кашин. После торжественной встречи и краткого отдыха гости отправились в дальнейший путь. На пароходе вместе с ними отбыла и кимрская делегация в составе священника А. Молчанова, диакона Н. Румянцева и 25 хоругвеносцев. Кимряне везли с собой дары святой Анне: икону Анны Кашинской, две хоругви и драгоценный покров на раку с мощами святой Анны Кашинской. Из г. Калязина кимряне в составе многолюдного крестного хода отправились в Кашин.
   После Октябрьской революции 1917 г. для церкви настали трудные времена. Храмы закрывались, многие из них разрушались, церковнослужители подвергались гонениям.
   В 1925 г. состоялись торжества по случаю 100-летия Покровского собора. На этот юбилей в Кимры прибыл Тверской владыка Серафим. Под звон колоколов состоялись богослужения, крестный ход вокруг собора. После этого события в местной печати развернулась шумная кампания по прекращению колокольного звона, закрытию собора, по переустройству храма под культурный очаг. До наших дней сохранился документ от 15 февраля 1929 г., направленный Кимрским горсоветом в Москву в секретариат ВЦИКа с ходатайством о закрытии Преображенского и Покровского храмов. Одним из доводов в пользу закрытия храмов явилось утверждение, что храмы в архитектурном отношении не представляют собой никакой ценности.
   В 1930 г. постановлением Московского областного исполкома (МОИК) было принято решение о закрытии летнего храма - Покровского собора. Другой храм, зимний (т.е. отапливаемый) - Троицкий, соединенный с колокольней, функционировал еще несколько лет. В том же году в Кимры был назначен к службе епископ Иоанн Соколов (впоследствии экзарх Украины митрополит Киевский и Галицкий Иоанн). Несколько лет в городе вел службы викарный епископ Кимрский Никифор (Никольский).
   После закрытия Покровского храма с его куполов было снято золотое покрытие и он, частично обезглавленный, разоренный, простоял в таком виде несколько лет. Незавидная судьба выпала на долю его священнослужителей. Многие из них подвергались гонениям, необоснованным репрессиям со стороны властей. Так диакон М.М. Жданов во время исполнения трудовой повинности на строительстве понтонного моста через Волгу получил тяжелое увечье и вскоре умер. Настоятель собора протоиереи М.И. Комаров в 1920-х годах три года провел в ссылке в концентрационном лагере (документ об этом хранится в госархиве). В 1937 г. был приговорен к длительному заключению, где и скончался, диакон собора Н.Д. Завьялов (до 1929 г. служивший в Преображенском храме г. Кимры). Священники Григорий Сергеевич и Михаил Сергеевич Сперанские также умерли в заключении. Священник П.Н. Менщагин недолго пробыл в Кимрском доме заключения и вероятно для того, чтобы избежать более суровых репрессий со стороны властей, покинул Кимры. Собственный двухэтажный каменный дом он был вынужден из-за непомерных налогов безвозмездно передать государству. Священник Г.Д. Лисицын провел несколько лет в тюрьме. Протоиерей А.П. Молчанов (что крестил А. А. Фадеева) избег печальной участи своих коллег, уехав в Ленинград (СПБ) к сыну, известному ученому Пулковской обсерватории. Протоиерей И.М. Никольский и протодиакон В.А. Богословский скончались до начала массовых репрессий. О диаконе Колычеве автору этих строк сведений пока найти не удалось.



1936 г. Разборка собора.


   Весной 1936г. сильный взрыв потряс Кимры и его окрестности. Вслед за этим началась спешная разборка храма. Несколько сот рабочих в две смены едва управились с разборкой его к осени. Тут же на его месте началась закладка фундамента клуба промкооперации. Стройка быстро продвигалась и 7 ноября 1938 г. на месте пятиглавого величественного Покровского собора был официально открыт клуб промкооперации Кимрского кожпромсоюза (ныне драмтеатр).
   Стоящий рядом одноглавый Троицкий храм с колокольней всего на несколько лет пережил своего старшего собрата. 10 декабря 1936 года проектная группа коммунального отдела горсовета приступила к составлению проекта по переоборудованию храма под музей. В то время в помещении храма хранилось зерно и действовала сушилка для лесоматериалов на время строительства клуба промкооперации. Но в 1937 г. едва начавшиеся работы почему-то были остановлены. 9 мая 1938 г. местная газета сообщила своим читателям, что президиум горсовета решил передать пустующее здание Троицкого храма и колокольни Кимрстрою для разборки на кирпич, что вскоре и было сделано.
   Так закончили свое существование Покровский и Троицкий соборные храмы. И все же хочется закончить рассказ не на такой грустной ноте.
   В 1866 г. Кимры посетил посол США Фокс. Осмотрев собор, восхищенный заокеанский гость заявил, что кимрский храм - это один из самых великолепных храмов, какие только довелось ему видеть в Pocсии.
   В монографии «Европейская Россия» в томе «На верхней Волге», изданной в 1913 г., есть строки, отведенные кимрскому храму: «На горе виднеется пятиглавый собор Покрова желтого цвета и рядом Троицкая церковь. Оба храма могут быть украшением любого губернского города и даже столицы». Память о жемчужине кимрской архитектуры не только не умирает, а скорее наоборот, все больше и больше людей стремится побольше узнать о ней. В конце 1992 г. совершился наконец акт исторической справедливости. Малый совет горсовета народных депутатов, учитывая просьбы общественности города, принял решение о возвращении улице Р. Люксембург ее исконного имени Троицкой. Улица эта брала свое начало от Троицкого храма.
   Принятое решение являет собой пример своего рода раскаяния за варварское уничтожение храмов в 1930-х годах и увековечивает память о самых грандиозных архитектурных сооружениях города: Покровском и Троицком соборных храмах.

   
     (По материалам издания Коркунов В.И. Судьбы Кимрских Храмов. - Кимры, 1999.)

     (Фото. № 1 с Информационного сайта города Кимры.)